Рус Eng
DIA LAW International
Делать людям одолжение — как дешево зачастую это нам стоит и как много помогает!
Балтазар ГРАСИАН (1601 — 1658)
ГлавнаяСтатьиБорьба с терроризмом. Правовая, этическая и философская стороны вопроса

Борьба с терроризмом. Правовая, этическая и философская стороны вопроса

Вопрос о способах и методах борьбы с терроризмом в настоящее время стоит особенно остро. Ни для кого не секрет, что именно в конце ХХ — начале ХХI столетия резко активизировалась деятельность террористических организаций во всем мире. При этом их действия направлены не столько против государственных или общественных деятелей, а именно против мирных граждан. Разумеется, государства стараются создать эффективную нормативно-правовую базу для борьбы с терроризмом во всех его проявлениях, как на внутринациональном, так и на международном уровнях; но, как это ни прискорбно, результат их деятельности нельзя назвать эффективным. Многие ученые и политики задаются вопросом: «Почему?» «Неужели государства со всей их политической и военной мощью не могут искоренить террористические группировки?» — думают они. Но тот, кто размышляет подобным образом, часто забывает о том, что помимо юридической и в какой-то степени политической стороны вопроса борьбы с терроризмом существуют две другие грани этой проблемы — этическая (моральная) и философская. Основная ошибка юристов и политиков заключается в том, что они забывают о наличии этих граней, поэтому их действия довольно часто страдают необдуманностью и однообразием.

Прежде чем рассматривать каждый аспект данного вопроса, необходимо сделать небольшое замечание. Автор статьи полагает, что искоренить терроризм невозможно. Юристы, создавая очередной нормативно-правовой акт в области борьбы с терроризмом ни в коем случае не должны идти на поводу у утопистов. Основной задачей в данном случае является своевременное выявление и пресечение террористической деятельности правоохранительными органами.

Для начала необходимо рассмотреть нормативную базу, в соответствии с которой осуществляется борьба с терроризмом на сегодняшний день.

Несмотря на то, что Всеобщая Декларация прав человека не относится напрямую к международно-правовым актам, регулирующим борьбу с международным терроризмом, нам бы хотелось привести выдержку из статьи 1 данной Декларации: «Все люди рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены разумом и совестью и должны поступать в отношении друг друга в духе братства». Именно на этом принципе должно основываться все право, как национальное, так и международное, и институт борьбы с терроризмом в частности.

На международном уровне было принято великое множество документов, посвященных борьбе с терроризмом. При этом некоторые ученые даже выделяют типы терроризма: морской, воздушный, ядерный и т.д. Документом, регулирующим наиболее общие вопросы в данной области, является Декларация о мерах по ликвидации международного терроризма от 9 декабря 1994 года (принята Генеральной Ассамблеей ООН). В п.2 ст.I данной декларации дается определение терроризма: «Акты, методы и практика терроризма представляют собой грубое пренебрежение целями и принципами Организации Объединенных Наций, что может угрожать международному миру и безопасности, ставить под угрозу дружественные отношения между государствами, препятствовать международному сотрудничеству и вести к подрыву прав человека, основных свобод и демократических основ общества». Особенно опасным видом терроризма данная Декларация признает государственный терроризм, то есть использование потенциала государства, прежде всего вооруженных сил, для подрыва целостности и суверенитета других государств.

Одним из самых новых международно-правовых актов, регулирующих борьбу с терроризмом, является Шанхайская конвенция о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и экстремизмом от 15 июня 2001 года. Ее подписали пять государств: Казахстан, Китай, Кыргызстан, Россия, Таджикистан и Узбекистан (так называемая, «Шанхайская пятерка»). Статья 6 данной конвенции предусматривает следующие меры по борьбе с терроризмом: «обмен информацией, запросы о проведении оперативно-розыскных мероприятий, принятие мер по предотвращению, выявлению и пресечению соответствующих деяний».

Поскольку до недавнего времени террористическая деятельность была направлена, в основном, против государственных и общественных деятелей, то возникла необходимость гарантировать им безопасность на законодательном уровне. Поэтому в 1973 году была принята Конвенция о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов. В ней были четко обозначены те виды деяний, которые подпадали под действие Конвенции: 1) убийство, похищение или «другое нападение» против личности или свободы лица; 2) насильственное нападение на официальное или жилое помещение, транспортное средство этих лиц; 3) угроза совершения любого из названных действий, а также покушение на их совершение.

В 60-е — 70-е годы ХХ столетия большое распространение получил такой вид террористической деятельности как авиационный терроризм. Преамбула Гаагской Конвенции о борьбе с незаконным захватом воздушных судов от 16 декабря 1970 года устанавливает, что акты незаконного захвата или осуществления контроля над воздушным судном, находящимся в полете, угрожают безопасности лиц и имущества, «серьезно нарушают воздушное сообщение и подрывают веру народов мира в безопасность гражданской авиации». В соответствии со ст.1 Гаагской Конвенции, захватом воздушного судна является любое незаконное насильственное установление физического господства над воздушным судном, находящимся в полете, а также осуществление над ним контроля.

Преступлением, в русле международно-правовой традиции, специально признается также покушение на совершение этих деяний («попытка»), а также любое соучастие в указанных деяниях.

Однако, эффективное противостояние терроризму на международном уровне невозможно без детальной регламентации норм о борьбе с терроризмом во внутреннем праве. Конституция РФ в ст.15 закрепляет, что принципы и нормы международного права и международные договоры являются частью правовой системы России. Более того, если возникает разногласие между внутренним законодательством и международным договором, то применяются правила последнего.

В Уголовном кодексе Российской Федерации борьбе с терроризмом посвящен целый комплекс статей. Так, ст. 205 («Терроризм») закрепляет, что под терроризмом понимается «совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий». Законодатель особо подчеркивает, что терроризм является преступлением против общественной безопасности. Он выражается в действиях, которые должны посеять страх среди населения, запугать как рядовых граждан, так и власти, чтобы добиться тех или иных действий. Именно поэтому основным объектом этого преступления законодатель рассматривает не граждан, которые погибают от рук террористов и не собственность, которая гибнет или приходит в негодность в результате действий виновных, а общественную безопасность, т.е. нормальное состояние общественных отношений, чувство защищенности у граждан их жизни, здоровья, собственности.

Федеральным законом от 24.07.2002 была введена новая статья в Уголовный кодекс: 205-1 («Вовлечение в совершение преступлений террористического характера или иное содействие их совершению»). По сути, речь идет о подстрекательстве и пособничестве террористической деятельности. Это может выражаться в нескольких альтернативных действиях, связанных с участием в акте терроризма или террористической деятельности. Это вовлечение лица в совершение преступления террористического характера; склонение лица к участию в деятельности террористической организации (два этих действия представляют собой подстрекательство к названным преступлениям). Также можно отметить вооружение лица в целях совершения указанных преступлений и обучение лица в целях совершения указанных преступлений, финансирование акта терроризма либо террористической организации (последние три действия представляют собой пособничество).

Ст. 206 («Захват заложника») представляет собой «захват или удержание лица... совершенные в целях понуждения государства, организации или гражданина совершить какое-либо действие или воздержаться от совершения какого-либо действия...» Захват человека характеризуется лишением его свободы любым способом: путем насилия, обмана, похищения. Удержание представляет собой противоправное удержание захваченного человека, воспрепятствование его передвижению, доступу к нему представителей власти или других заинтересованных лиц. Чаще всего при этом применяется физическое или психическое насилие, но в некоторых случаях захваченный может и не знать о его захвате, например, когда речь идет о ребенке. Обязательным элементом объективной стороны является выдвижение определенных требований похитителями о совершении или несовершении государством, международной организацией, юридическим или физическим лицом каких-либо определенных действий. Эти действия могут иметь политический характер (например, освободить осужденного преступника из тюрьмы), но могут носить и иной характер.

Также УК РФ предусматривает ответственность за заведомо ложное сообщение об акте терроризма (ст. 207). Это преступление посягает на общественную опасность, оно порождает панику среди населения, вызывает волнения граждан, нарушают нормальную работу учреждений и организаций, где якобы будет совершен акт терроризма. Наконец, все это связано с серьезными материальными потерями, куда входят зарплата сотрудников правоохранительных органов и т.д.

Уголовный кодекс запрещает организацию незаконного вооруженного формирования и участие в нем (ст. 208). Законодатель в данном случае имеет в виду создание незаконного вооруженного формирования (объединения, отряда, дружины или иной группы), а равно руководство им. Создание предполагает организаторскую деятельность, которая может выражаться в подборе членов формирования, обеспечении их оружием, обучении, подыскании помещений, где может быть размещено формирование, быть организовано обучение, тренировки и т. д. Руководство включает определение направления деятельности созданного формирования, планирование этой деятельности, создание структурных подразделений, постановку конкретных задач в процессе деятельности.

За создание банды — организованной преступной группировки и участие в ней УК РФ предусматривает ответственность в ст. 209. Согласно п.2 постановления № 1 Пленума Верховного суда РФ от 17 января 1997 г., «под бандой следует понимать организованную устойчивую вооруженную группу из двух и более лиц, заранее объединившихся для нападения на граждан или организации». Также ст. 210 подразумевает наказание за создание преступного сообщества для совершения тяжких или особо тяжких преступлений.

Ст. 211 гласит о недопустимости угона судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава. Рассматриваемое преступление посягает на воздушную безопасность, безопасность водного (морского и речного) судоходства, а также железнодорожного транспорта. Угон судна воздушного транспорта — одна из наиболее опасных форм международного терроризма. На это обращает внимание и Гаагская конвенция о борьбе с незаконным захватом воздушных судов 1970 г. Безопасности морского судоходства посвящена Римская конвенция о борьбе с незаконными актами, направленными против безопасности морского судоходства.

Опасность данного преступления в том, что ставится под угрозу жизнь и здоровье пассажиров и экипажа судна воздушного и водного транспорта либо пассажиров и поездной бригады поезда, а также сохранность судна или поезда и груза. Захват судна воздушного или водного транспорта или железнодорожного подвижного состава означает установление незаконного контроля над судном или подвижным составом, связанного с возможностью его перемещения или воспрепятствования перемещению. Захват и угон судов или подвижного состава может осуществляться с психическим или физическим насилием над членами экипажа, пассажирами или иными лицами, но может быть и ненасильственным (например, когда захват осуществляется в отсутствие экипажа или поездной бригады либо членом экипажа или поездной бригады).

Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277) является преступлением против основ конституционного строя и безопасности государства. Причем законодатель особо отмечает, что подобное преступление должно совершается с прямым умыслом прекратить деятельность жертвы или отомстить ему за его деятельность. Но вовсе необязательно, чтобы посягательство привело к смерти данного деятеля. Необходимо лишь наличие действия, направленного против жизни и здоровья этого человека, независимо от фактически наступивших последствий.

Ст. 360 закрепляет ответственность за нападение на лиц или учреждения, которые пользуются международной защитой. Активное развитие международных отношений и связей между государствами привело к значительно более широкому, чем прежде, посещению Российской Федерации представителями иностранных государств и различных международных организаций. Развитие международных контактов характерно и для других государств мира. Все это привело к необходимости защиты, в том числе и уголовно-правовыми средствами, безопасности этих лиц, тем более, что за последние десятилетия усилилась террористическая и экстремистская деятельность как в нашей стране, так и за рубежом. Для защиты лиц и учреждений, пользующихся международной защитой, издан ряд международных актов, в том числе Конвенция о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов от 14 декабря 1973 года и Конвенция о безопасности персонала ООН и связанного с ней персонала от 9 декабря1994 года.

На основании этих конвенций в УК РФ была добавлена ст. 360. Законодатель обращает внимание на то, что для того, чтобы преступление считалось оконченным, необязательно наступление вредных последствий для жертвы, достаточно лишь наличие факта нападения.

Федеральный закон о борьбе с терроризмом был принят Государственной Думой РФ 25 июля 1998 года. Данный нормативно-правовой акт устанавливает основы противодействия терроризму в России, порядок и координацию деятельности лиц, уполномоченных на борьбу с терроризмом.

Согласно Закону, под терроризмом понимается «насилие или угроза его применения в отношении физических лиц или организаций, а также уничтожение... или угроза уничтожения имущества...» (ст. 3). При этом законодатель отмечает создание опасности гибели людей и причинения значительного имущественного ущерба в качестве основного признака терроризма.

Ст.4 прямо указывает на то, что Российская Федерация берет на себя обязательство сотрудничать в области борьбы с терроризмом совместно с иностранными государствами в соответствии с международными договорами. Таким образом, Россия признает, что международные договоры в области борьбы терроризма имеют высшую юридическую силу. При этом в Законе особо отмечается, что правоохранительные органы будут осуществлять преследование лиц, причастных к террористической деятельности даже в тех случаях, если террористические акции планировались или проводились вне пределов Российской Федерации.

В качестве целей борьбы с терроризмом названы следующие положения: «1) защита личности, общества и государства от терроризма; 2) предупреждение, выявление, пресечение террористической деятельности и минимизация ее последствий; 3) выявление и устранение причин и условий, способствующих осуществлению террористической деятельности.

Ст.5 закрепляет список субъектов, осуществляющих борьбу с терроризмом. Итак, согласно данной статье, основным субъектом руководства борьбой с терроризмом является Правительство РФ. В качестве субъектов, непосредственно осуществляющих борьбу с терроризмом, названы следующие органы: Федеральная служба безопасности РФ, Министерство внутренних дел РФ, Служба внешней разведки РФ, Федеральная служба охраны РФ, Министерство обороны РФ. При этом в законе указано, что все вышеперечисленные органы осуществляют борьбу с терроризмом в пределах своей компетенции.

В ФЗ о борьбе с терроризмом введено такое понятие как контртеррористическая операция. Эта основная мера по борьбе с терроризмом — ответное действие государства на террористическую акцию. Решение о проведении контртеррористической операции выносится Правительством РФ, затем создается оперативный штаб, возглавляемый представителем ФСБ РФ или МВД РФ, в зависимости от того, компетенция какого органа будет преобладающей (ст. 10). Все военнослужащие, сотрудники и специалисты, привлекаемые к проведению контртеррористической операции, подчиняются только руководителю оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией (ст. 12). Закон предусматривает такой элемент контртеррористической операции как ведение переговоров с террористами (ст. 14). Это делается для того, чтобы минимизировать число жертв и сохранить материальные ценности. К ведению переговоров с террористами допускаются только те лица, которые уполномочены на то руководителем оперативного штаба по управлению контртеррористической операцией. При этом при ведении переговоров с террористами в качестве условия прекращения ими террористической акции не должны рассматриваться вопросы о выдаче террористам каких бы то ни было лиц, передаче им оружия и иных средств и предметов, применение которых может создать угрозу жизни и здоровью людей, а также вопрос о выполнении политических требований террористов. Более того, ведение переговоров с террористами не может служить основанием для освобождения их от ответственности за совершенные деяния.

Моментом окончания контртеррористической операции является момент пресечения (прекращения) террористической акции, ликвидация угрозе жизни и здоровью людей (ст. 16).

Хочется особо отметить дополнение к данному Федеральному закону. Ст.16-1 закрепляет порядок погребения террористов, умерших в ходе пресечения террористической акции. В данной статье указано, что их тела не выдаются для захоронения и о месте захоронения не сообщается. Надо отметить, что подобная статья была введена в Федеральный закон «О погребении и похоронном деле» от 12 января 1996 года. Эти поправки были внесены с целью предотвратить «фетишизацию» останков террористов, а также установить порядок захоронения, который был бы неприемлем для религиозных фанатиков, коими террористы нередко являются.

Во исполнение вышеуказанных положений законодательства 20 марта 2003 года Правительство РФ приняло постановление № 164 «Об утверждении положения о погребении лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенной ими террористической акции». Этим постановлением предусматривается следующее. Погребение лиц, смерть которых наступила в результате пресечения совершенной ими террористической акции, осуществляется по месту наступления смерти специализированными службами по вопросам погребения. Для осуществления погребения должностное лицо, проводящее предварительное следствие, направляет в соответствующую специализированную службу по вопросам похоронного дела необходимые сопроводительные документы, а в, орган ЗАГСа по последнему месту постоянного жительства лица — заявление о смерти (если у этого лица не было постоянного места жительства — орган ЗАГСа по месту наступления смерти). О смерти иностранного гражданина уведомляется посольство соответствующего государства (через МИД России).

Родственникам направляется уведомление о том, в какой орган ЗАГСа им надлежит обратиться за получением свидетельства о смерти.

Возмещение вреда, гласит ст. 17, причиненного в результате террористической акции, производится за счет средств бюджета субъекта Российской Федерации, на территории которого совершена эта террористическая акция, с последующим взысканием сумм этого возмещения с причинителя вреда в порядке, установленном гражданско-процессуальным законодательством.

Как мы отмечали выше, помимо законодательной стороны вопроса существуют еще моральная и философская стороны, которые также необходимо учитывать при принятии нормативно-правовых актов в области борьбы с терроризмом.

Однако, принимаются законы о борьбе с терроризмом на государственном уровне, заключаются международные договоры, правоохранительные органы пресекают террористическую деятельность, лица, виновные в террористической деятельности, получают наказание, предусмотренное законом за подобные деяния...

Но человек живет, несмотря ни на какие решения государственных органов и международных организаций. Человек мыслит, и вряд ли какие-либо нормативно-правовые акты и санкции, предусмотренные этими актами, смогут изменить ход его мыслей. Государственная санкция может предостеречь от совершения каких-либо действий, а воздействовать на мысли может только сама жизнь, объективных ход событий и явлений, накопленный жизненный опыт. В теории права есть такое понятие как «пределы правового регулирования». Существуют нижний и верхний предел. За рамками нижнего предела находятся те области общественной жизни, которые бессмысленно регулировать нормами права, например, правила этикета. А за верхним пределом — те области, которые не могут быть регламентированы правом. Сюда относятся, как правило, человеческие качества и чувства. И терроризм — это явление не только правовое и социальное, но еще и психологическое, то есть обусловленное душевными порывами того или иного человека. А может ли закон бороться со свойствами человеческой души? Он может покарать за деяния, продиктованные определенными чертами характера, но саму душу изменить закон не в силах. М.А.Булгаков сказал устами своего героя профессора Ф.Ф.Преображенского: «Разруха не в клозетах, а в головах. Если я, входя в уборную, начну, извините за выражение, мочиться мимо унитаза, и то же самое будут делать Зина и Дарья Петровна, у меня в уборной настанет разруха». Возможно, этот пример и грубоват, тем не менее, он, как нельзя лучше отражает сущность вопроса. Образно говоря, в данном случае закон ликвидирует последствия некультурного поведения человека в общем месте, наказывает его за такое поведение, но бескультурье все равно остается в мыслях этого человека.

Так же и в случае с терроризмом. Можно наказать человека за деяния, но не за мысли. И без опытной педагогической и социальной работы результат от действия закона равен невысокому коэффициенту.

Не секрет, что в настоящее время среди молодежи найдется достаточное количество тех, кто выступает в поддержку «политики террора». Эта ситуация прослеживается в очень многих странах мира, которые отличаются друг от друга и в политическом, и в экономическом, и в культурном планах. Правы те, кто говорят, что терроризм — это болезнь. Патологическая страсть к насилию, к уничтожению. Но, как говорят врачи, не любая болезнь поддается лечению.

Любая социальная группа, слой, класс, национальная общность живет в общем социальном и культурном пространстве, и поэтому все кризисы общества отражаются на представителях этих социальных или национальных групп. Глобальные конфликты в обществе проецируются на более мелкие общественные единицы. Также очень часто воля, индивидуальность и инициативность молодых членов общества подавляются старшими товарищами, неопытными педагогами или родителями. Ребенку или подростку трудно выразить себя, свои мысли. Подавление воли ребенка может привести, с одной стороны, к социальному инфантилизму, а с другой стороны, к социальной неадекватности. Эта социальная неадекватность и есть одна из «кирпичиков» приверженности к терроризму. Причиной также может являться и обилие сцен насилия в телеэфире. В настоящее время мировой кинорынок завален низкопробными фильмами, изобилующими агрессией и насилием. Но это не такая большая беда, как кажется — ведь каждый сам волен выбирать для себя информацию. Беда заключается в том, что к подобного рода информации имеют доступ лица с неокрепшей психикой.

Терроризм становится все более и более популярным среди выходцев из неблагополучных семей. Причем из таких семей, где ребенка не приучают трудиться с детства, а периодически «показывают ему на виноватых». Виноватыми могут являться почти все окружающие: более удачливые сверстники, соседи. Получается так, что человеку становится ничего не нужно. Если у него нет каких-либо благ, то он не будет прилагать усилий к тому, чтобы заработать эти блага, но зато он будет крайне жестоко относиться к тому, кто располагает этими благами. Это тоже яркий пример социальной неадекватности — человек не может найти своего места в обществе, а, соответственно, и построить свои взаимоотношения с другими людьми. В данном случае у индивидуума формируется своя собственная система ценностей, в которой не сопоставляются личностные ценности и общественные. Одним из «продуктов» такой системы ценностей будет правовой нигилизм.

Правовым нигилизмом называется полное отрицание роли правовых норм в общественной жизни. Правовой нигилизм вызван, в свою очередь, правовой безграмотностью. Можно ввести в школах, гимназиях, высших учебных заведениях и т.д. такой предмет как «правоведение», обучать этому предмету, но очень сложно привить уважение к закону. А еще сложнее доказать, что закон — не просто норма, написанная на бумаге, а действительно работающий инструмент для защиты своих прав и свобод, а также для предупреждения от посягательства на права и свободы других лиц. Если нет уважения к закону, то не возникает и чувства вины при совершении тех или иных деяний.

Так в чем же, собственно говоря, причина? Удалось ли нам найти ответ на этот вопрос? — Нет. И, как нам кажется, не удастся. Причин много, а следствие одно. Но корень всех причин — в самом человеке.

Красов Петр, Адвокатское Бюро «DIA LAW International».